Природа

В лесу напала стая крокодилов. Какие сюрпризы несёт глобальное потепление?»

Не только в мире людей мигранты из Африки и Ближнего Востока перебираются в Старый Свет – в мире животных мигрантов не меньше.

Нынешним летом соцсети и региональные СМИ только успевают печатать кадры: насекомые и звери, которых раньше можно было видеть только в зоопарках, оккупируют наши леса, поля и даже города. Сможет ли тарантул-«мигрант» вытеснить привычного паука-крестовика? И какие ещё неприятные сюрпризы готовит нам стремительно меняющийся климат? 

Фантастические твари

Из-за изменений климата флора и фауна России меняются на глазах. И не всегда в лучшую сторону.

Нашествие богомолов

В Рязанской обл. в последние годы осадков выпадает заметно больше, половодье за 6 лет было всего однажды, а зима стала теплее, отмечает и. о. зав­кафедрой географии, экологии и природопользования Рязанского гос­университета им. Есенина Алексей Водорезов. Первыми это оценили бабочки. По словам Алексея Водорезова, в начале лета 2019 г. миллионы бабочек-репейниц перемещались из Африки через Рязанскую обл. в сторону Ярославля и Вологды. Зафиксировали в регионе и бабочек голубянок серебристых, которые в былые годы севернее Кавказа не появлялись. Ещё в рязан­ских краях поселились бабочки галатея и меланаргия русская – тоже ранее не встречавшиеся в средней полосе южные виды. А после пожаров 2010 г. в регион началась экспансия богомолов, которые обитали только южнее Воронежа.

– Иногда «мигранты» за зиму вымирают, но не в перечисленных случаях, – говорит Алексей Водорезов. – В 2013 г. во время экспедиции в Шацкий район мы обнаружили там осу сколию ­гигантскую. Длина её тела может достигать 5 см. Вид исключительно южный. А в начале нынешнего июля мы встретили её уже в Рязани.

Такие миграции видов, по словам учёного, могут повлиять на сельское хозяйство и даже привести к возникновению новых для региона болезней.

Вместо волка – тарантул

Фраза «Тамбовский волк тебе товарищ!» стала крылатой после выхода в 1956 г. фильма «Дело Румянцева», где шофёр (актёр Алексей Баталов) обращается: «Товарищ капитан…» – и получает ответ: «Тамбов­ский волк тебе товарищ!» Хотя в прош­лом Тамбовщина вовсе не была волчьим краем и тем более не выступает в этой роли теперь, подтвердил начальник отдела охраны, воспроизводства и использования объектов животного мира и среды их обитания област­ного охот­управления Алексей Соколов. По его словам, рост численности волков наблюдался только в послевоенные годы. Соколов работает 15 лет в охотничьей сфере, и на протяжении этого времени ежегодно в угодьях волк отмечается, но не более 2–4 особей на всю Тамбовскую обл.

– Обыкновенный волк хоть и стал редким лесным гостем, но охотиться на него, несмотря на низкую численность, можно, – говорит Соколов.

Во времена СССР с волками велась настолько жёст­кая борьба, что выплачивались премии за их добычу. Да и в начале 2000-х охотник ещё мог получить 5 тыс. руб. за убитого зверя. Немудрено, что серого теперь почти не встретить.

Зато встречи с тарантулами гарантированы. Видео с бегущим средь бела дня по тротуару тарантулом недавно взорвало социальные сети Тамбова. В комментариях люди писали, что тоже видели похожие особи. Больше всего жители боятся укусов пауков. Эти страхи готов развеять д. б. н., завкафедрой биологии Института естествознания ТГУ им. Державина Георгий Лада. По его словам, речь идёт об обыкновенном южнорусском тарантуле, которого также называют мизгирь:

– Эти пауки жили здесь ещё в XIX в., они встречаются в дореволюционных коллекциях, – говорит специалист. – Помню, как раньше мальчишки скатывали шарик из вара, опускали на нитке в норку и дразнили тарантула.

Георгий Лада отмечает: потепление и уменьшение среднего количества осадков приводит к тому, что в Тамбовской обл. могут появиться несвойственные здешней фауне виды. Но тарантулов, уверен он, бояться не стоит: они не делают сетей и ловят мелких беспозвоночных ловким броском, когда в тёмное время суток выходят из норки. Хотя они и убивают жертву ядовитым уколом, для здоровых людей укус тарантула сравним с укусом пчелы.

Коловратка и рачок

Биологи, каждый год отправляясь в экспедиции по Волге и её притокам в рамках проекта «Плавучий университет Волжского бассейна», замечают: год от года экосистема этих рек меняется, здесь обнаруживают виды-вселенцы. Так, в волжских притоках Керженец и Кудьма (Нижегород­ская обл.) прекрасно себя чувст­вует первичноротое животное – американская коловратка (тип первичноротых животных, ранее относимых к группе первично­полостных червей. – Ред.), а в холодной Суре водится тропический рачок.

Учёные объясняют: мир стал глобальным не только для людей, но и для других живых организмов. Они приплывают в Россию на днищах торговых судов, оттуда за счёт опять же глобального водообмена путешествуют дальше по артериям рек.

«Фитопланктоном питается зоопланктон, а им, в свою очередь, – рыбы, – говорит руководитель экспедиции Станислав Ермаков. – За счёт этого в реке создаётся устойчивая экосистема. Если в одну из цепочек экосистемы вторгается новый вид, не исключено, что какие-то привычные виды усилят своё влияние, а другие вымрут. За вселенцами надо постоянно наблюдать, чтобы точнее понять их влияние на экосистему ­наших рек».

Медузья «каша»

Отдых у морей в Крыму – что Чёрного, что Азовского – в прош­лом году изрядно подпортили медузы. В этом они появились снова.

Особенно устрашающе выглядят крупные медузы корнероты – с большими куполами и синевато-лиловыми щупальцами. На его фоне почти прозрачная аурелия (её ещё называют ушастой медузой) смотрится безобидно. Но только если из-за концентрации этих существ вода не превращается в полупрозрачный «бульон».

Как рассказал ведущий научный сотрудник отдела физиологии животных и биохимии ФИЦ Института биологии южных морей Борис Аннинский, водные массы в море в районе Южного берега циркулируют своеобразно – образуются очаги вращения по часовой стрелке, поэтому гибнущие медузы могут концент­рироваться в плотные скопления в прибрежной полосе. «Этот процесс многократно усиливают ветры южных направлений, – пояснил учёный. – Что и приводит к такой «каше» из медуз. Это можно наблюдать, например, у Алупки, Симеиза и в Балаклавской бухте. Полностью остановить или отрегулировать такой характер жизненного цикла аурелии невозможно. Однако он зависим от погоды». По наблюдениям специалистов, в годы с тёплой весной медуз обычно меньше.

Сцифомедуза, он же корнерот, встречается преимущественно в прибрежных районах северо-западной части Чёрного моря. Для него важна солёность морской воды (более 12 промилле) и температура воды до +26 градусов.

Взрослые медузы после размножения слабеют и гибнут. По данным Азово-Черномор­ского филиала Всероссийского НИИ рыбного хозяй­ства и океано­графии, ветры северо-восточного и восточного направлений прижимают водные массы к западным берегам. И тогда в этом районе образуются мощные скопления корнерота. Южные и юго-восточные ветры формируют подобные скопления в северной и восточной частях водоёма.

В Азове корнерот стал появляться в последние годы из-за того, что море становится солонее. «Единственное, что могло бы кардинально улучшить ситуацию с экспансией корнерота в Азовском море, – снижение солёности морской воды до 11%, что возможно при большем объёме речного стока (в основном Дона и Кубани) в море», – считает Борис Аннинский.

Перекрытие с 2014 г. Северо-Крымского канала привело к заметному повышению солёности воды вдоль побережья Каркинитского залива, отмечает д. б. н., профессор кафедры экологии и зоологии Таврической академии Крымского федерального университета Сергей Иванов. «Когда-то солёность воды у берегов Крыма была такой низкой, что рыбаки вовсю ловили здесь пресноводную рыбу, – уточнил он. – В Херсонской же области, на украинском берегу залива, как выращивали рис, так и выращивают. И площадь полей там не меньше, чем было в Крыму. И что? Медуз нет? Да сколько угодно!»

А солёность Азовского моря неуклонно растёт из-за активного использования человеком (на полив, в производстве, в быту) пресной воды рек, впадающих в это море.

Чем заразили Байкал?

С начала 2010-х гг. учёные заметили, что в прибрежной зоне Байкала появились проб­лемы: во-первых, заболевания и гибель губок, которые в числе других организмов «фильтруют» воду. А во-вторых, новые виды флоры и фауны, которых раньше в этих водах не встречали: например, некоторых моллюсков и спирогиру – нитчатую водоросль.

По словам замдиректора Лимнологического института СО РАН по науке профессора Вадима Анненкова, такие водоросли и раньше были в некоторых реках, впадающих в Байкал, но в самом озере в таком объёме не селились. Сейчас зелёная «зараза» охватила прибрежные зоны: в пос. Листвянка, на Малом море, около Северобайкальска. Из-за спирогиры рыбке желто­крылке сложнее откладывать икру в привычных местах, а мальком этой рыбы питается байкальский омуль.

По словам учёного, причины у байкальского кризиса как климатические, так и антропогенные.

– С чем связано глобальное изменение климата – вопрос неочевидный, но я сомневаюсь, что человечество может как-то повлиять на эти природные процессы. Солнце мы не выключим. Другое дело – воздействие человека. Число туристов растёт, к этому добавляется отсутствие очистных сооружений практически по всему побережью Байкала, – поясняет профессор.

Эффект от этих факторов накапливается. Условно говоря, стоит в каком-нибудь байкальском посёлке сельский туалет с ямой – нечистоты из неё не попадают в озеро сразу, их часть задерживает и фильтрует почва. Но рано или поздно они пробьются в Байкал. А судя по «расцвету» водоросли, которая такими отходами питается, уже пробились.

Своеобразие Байкала в том, что он большой, глубокий и холодный, поэтому изменить в нём что-то глобально довольно сложно. Одновременно с этим в озере мало живности, поэтому вся она – на вес золота. Так что если какие-то изменения нач­нутся, то и назад всё вернуть будет очень непросто.

Самые злобные растения-вредители – из Америки 

Колорадский жук, гребневик мнемиопсис, ондатра, амброзия, клён ясенелистный – все эти виды были занесены на территорию России из других регионов мира.

А мы уйдём на север…

Биологические виды, вторг­шиеся в чужую для них среду обитания, на языке науки именуются чужеродными, а те из них, что представляют опасность для экосистем или человека, – инвазионными или инвазивными (от англ. invasion – «нашествие»). ­Попросту их называют вселенцами, а процесс их внедрения в природную среду – вселением. Процесс этот носит глобальный характер, и его послед­ствия, как правило, печальны: попадая в новую экосистему, многие виды-пришельцы ведут себя агрессивно, активно размножаются и расселяются, иногда вытесняя местные виды. Они снижают биоразнообразие, наносят экономический ущерб, вред здоровью людей и даже могут угрожать экологической безопасности страны. Недавно Институт проблем экологии и эволюции и им. Северцова РАН выпустил книгу, в которой есть сведения о 100 самых опасных инвазионных видах в России.

Вот несколько примеров из неё. За 30 лет площадь, занятая колорадским жуком (он проник в СССР из Польши), увеличилась более чем в 12 тыс. раз, достигнув 3 млн га. Аллергенный сорняк амброзия захватил в нашей стране 6 млн га и вызывает массовые поллинозы у населения. А проникновение в 1980-е в Чёрное и Азовское моря гребневика мнемиопсиса (его часто принимают за медузу) обернулось настоящей экологической и хозяйственной катастрофой. Достигнув гигантской численности и биомассы, этот хищник пожрал почти весь зоопланктон и икру местных рыб. Затем через Волго-Донской канал он перебрался в Каспийское море, где уничтожил 75% зоопланктона, что повлияло на пищевые цепочки и привело в итоге к сокращению популяций осетровых и тюленей.

За целенаправленные исследования видов-вселенцев учёные взялись не так давно, с середины 1990-х. Ботаниками, например, составлена «Чёрная книга флоры» – список растений-иммигрантов, вредящих нашей природе. Первые строчки в нём заняли выходцы из Северной Америки. «Самый злобный вредитель у нас вовсе не борщевик Сосновского, а клён ясенелист­ный (или американский), – объясняет главный научный сотрудник Главного Ботанического сада им. Цицина РАН Юлия Виноградова. – Он вытесняет наши хвойно-широколиственные леса по всей стране! Ботаники называют его «клён-убийца». Ещё он даёт много пыльцы, которая является сильнейшим аллергеном. На втором месте – мелколепест­ник канадский. На третьем – эхиноцистис шиповатый, тоже родом из Америки, заполоняет берега рек, сады на дачах. А робиния (у нас её называют белой акацией) способна разрушать железные дороги – её мощные корни поднимают шпалы! И она тоже занесена из Северной ­Америки».

Какими путями проникают инвазионные виды? В основном с балластными водами судов, с культурными растениями. «Пассивно, с любыми товарами и продукцией, а также на транспортных средствах может быть занесено (и заносится) огромное количество видов насекомых не только из стран, с которыми Россия имеет прямые контакты, но и в результате реэкспорта», – поясняет энтомолог, доктор биологических наук Сергей Ижевский. Строительство каналов, объединение крупных рек России в единую транспортную сеть, увеличение морских перевозок значительно ускорили расселение водных видов-иммигрантов.

Да и глобальное потепление играет свою роль, расширяя ареалы видов всё дальше на север. Оно, как давно установлено, более интенсивно идёт в Северном полушарии, причём в его высоких широтах, а также в глубине материков, т. е. подальше от морских берегов. Россия, занимающая север Евразии, отвечает всем этим критериям. Стоит ли удивляться, что у нас всё чаще стоит аномальная жара и выпадают тропические ливни, а реки и леса наполняются новыми обитателями, которые раньше жили намного южнее.

Тот же гребневик мнемиоп­сис прибыл в Чёрное море с балластными водами судов из Мексиканского залива. А в нулевые годы он был уже замечен в Северном и Балтийском морях. Нередко в водоёмах средней полосы России стала переживать зиму теплолюбивая красноухая черепаха.

Как оценить ущерб?

Специалисты кабинета биоинформатики и моделирования биологических процессов Института проблем экологии и эволюции им. Северцова РАН под руковод­ством главного научного сотрудника Вароса Петросяна установили, что в России процесс заноса чужеродных видов определяется рядом особенностей страны – её обширной территорией, отсут­ствием надлежащего контроля за импортной продукцией на границе, интенсивными перевозками грузов, антропогенными изменениями экосистем. 

Чужеродные виды у нас обитают даже в заповедниках. Анализ фауны млекопитающих 53 заповедников европейской части России показал, что их доля варьируется от 5 до 30%, составляя в среднем 13%, а в ­семи заповедниках – более 20%. Максимальное же значение этого показателя отмечено в Центрально-Чернозёмном заповеднике, что в Курской области: там почти каждый третий вид млекопитающих – чужеродный!

«Причины инвазий разнообразны, но все они так или иначе связаны с деятельностью человека, – говорит старший научный сотрудник института Людмила Хляп. – Это может быть и преднамеренный завоз видов животных или растений в новые для них регионы – раньше их осуществляли с целью «обогащения фауны и флоры». Так в европейскую часть России была завезена с Дальнего Востока енотовидная собака. Некоторые виды расселялись в связи с трансформацией человеком ландшафтов. Например, из-за вырубки лесов и последующей распашки земель стала распространяться на север обыкновенная полёвка.

Последствия вселения чужеродных видов разноплановы. Они способны наносить ущерб не только другим видам и экосистемам, но и человеку. Вспомним эпидемию чумы в Средние века. Это результат инвазий чумного микроба. Как он проник в Европу, достоверно неизвестно, а вот в Америку микроб был завезён на чёрных и серых крысах. Это случилось, когда парусные суда сменились быстроходным флотом. Пандемию COVID-19 можно рассматривать как инвазию возбудителя – нового коронавируса. Только он был разнесён человеком, а быстрота и обширность распространения обусловлены авиасообщением между всеми странами и континентами».

Оценить экономический ущерб от видов-вселенцев непросто. По экспертным оценкам, максимальный вред экосистемам и человеку на территории России из млекопитающих наносят серая крыса и домовая мышь, которых мы давно привыкли считать своими. В стране действуют службы контроля их численности. А вот для стоящих на втором месте инвазионных видов – енота, канадского бобра и ондатры – вопросы ограничения численности разработаны слабо. Между тем суммарный ущерб России от десяти самых опасных заносных видов млеко­питающих близок к 105 млрд долл. ежегодно.

Выскочит ли зараза из могилы?

Изменения климата могут привести к тому, что из ското­могильников высвободятся бациллы сибирской язвы и другие опасные бактерии.

Об этом недавно заявил зам­директора по науке Института мерзлотоведения им. Мельникова СО РАН Александр Фёдоров. Поводом стал температурный рекорд, зафиксированный в якутском городе Верхоянске, который является одним из самых холодных мест на планете. 21 июня там было +38°С. Такого в Заполярье раньше не наблюдалось. Учёные напоминают, что одно из опасных последствий глобального потепления – оттаивание вечной мерзлоты, в которой находятся скотомогильники со спорами сибирской язвы.

«Эта проблема существовала и до потепления климата: русловые процессы в наших реках иногда вскрывали такие могильники. А с потеплением климата риск ещё больше увеличился, – сказал Александр Фёдоров. – Многие бактерии высвобождаются с деградацией мерзлоты. А Россия является самой мерзлотной страной в мире».

В Якутии находятся 1,4 тыс. незарегистрированных могильников с животными, погибшими от сибирской язвы, и 300 зарегистрированных. Подобные захоронения есть и в других ­регионах.

Наш бобр против канадца

Возникает опасение, что «пришельцы» скоро вытеснят из лесов привычных нам животных – волков, зайцев, лис. И наши дети перестанут понимать ­наши же сказки.

Так что делать с чужеродными биологическими видами? Уничтожать? 

Варос Петросян, доктор биологических наук, главный научный сотрудник Института проблем  экологии и эволюции им. Северцова РАН:

Что с ними делать – это одна из нерешённых проблем. В целом угрозы от чужеродных видов велики, и их вселение нежелательно. Иногда его удаётся предот­вратить на начальном этапе. Но есть виды, которые прочно вошли в экосистемы, и изъять их практически невозможно. В то же время от некоторых инвазионных видов человек получает пользу. Например, ондатра и американская норка – ценные пушные звери. Оценив пользу, можно принимать более ответственное решение о целесообразности и размерах ограничения численности того или иного вида.

Последствия биологических вселений малопредсказуемы, этим инвазии и опасны. Необходим регулярный мониторинг происходящих процессов. К тому же не исключена возможность распространения болезней животных на человека, что делает важной работу санитарно-эпидемиологических служб. 

Что касается потери привычных нам видов, то такая угроза реальна. Сейчас в России редко где можно встретить европейскую норку. Она не выдерживает конкуренции с американской. Вот ещё пара близкородственных видов – бобр обыкновенный (евразийский) (Castor fiber) и бобр канадский (североамериканский) (Castor canadensis). Первый обитает во многих регионах нашей страны, второй чужероден – он был вселён в Финляндию в 1937 г., а оттуда проник в Россию. Нами разработана математическая модель, которая показывает, как будет меняться численность обыкновенного бобра при вселении на его территорию канадского. Модель откалибрована по данным многолетнего мониторинга динамики популяции обыкновенного бобра в шести заповедниках России. Она предсказывает, что во всех этих заповедниках произойдёт его замещение канадским бобром. Но скорость вытеснения невелика, и пока есть время, чтобы предотвратить этот процесс.

Источник

 119 total views,  1 views today

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button